Гриднева Тамара Петровна

О работе на Куйбышевской ГРЭС во время Великой Отечественной войны вспоминает Гриднева (Ивановская) Тамара Петровна

Я с братом и мамой жила на Темирязевской улице в районе Дома Сельского хозяйства. Домики стояли по обе стороны улицы, а посередине был овраг, поросший травой. В нем мы играли в «краски-замазки», это такая игра с догонялками. А еще играли в лапту. Лапта была у нас самой любимой игрой. Недалеко от дома был Парк учителей,  с кружками и спортивными секциями. В парке стояли  «качели-гиганты»- это высокий столб, а к его верхушке прикреплены веревки   с тряпичными лентами-сидениями. Разбегаешься с веревкой в руках, садишься в сидение и  летишь  вокруг столба. 

В 1941 году игры закончились.  После  8 класса  мне прислали повестку явиться в ремесленное училище. Я не хотела туда идти, мечтала  дальше учиться, а мама стала плакать и меня уговаривать: «Сына в армию взяли, а тебя в тюрьму посадят, если не пойдешь по повестке». Так я и пошла.   Ремесленное училище № 1 было от завода 42 (завод им. Масленникова). Немного  мы отучились и нас поставили на монтаж станков шарикоподшипникового завода (ГПЗ-4), который эвакуировали в Куйбышев из Москвы. Станки мы монтировали  в бывшие конюшни, оборудование  приходило всё померзшее, арматура погнутая… Нас была группа девчонок и один мастер. Мастер по потолку цеха натягивал шину провода,  мы подключали к ней станки, а если нужно было, то для этого выпрямляли арматуру. Молотками стучали, проверяли всё. Когда станок начинал крутиться и вертеться, то знаете, как душа радовалась.

Потом в Куйбышеве организовали Ремесленное училище № 14  - специальное - энергетическое. Туда собрали учащихся - энергетических специальностей  со всех училищ.   Помню, что у нас был очень хороший мастер Владимир Павлович. Если мы иногда  вместо его уроков убегали в  кино, то он нас пайки хлеба в виде  наказания не лишал. А другие  мастера свою группу лишали. В кинотеатр «Фурор» сбегали, в «Художественный»…  В 1943 году нас направили  на практику на Куйбышевскую ГРЭС. Сначала я там стала помощником дежурного щита управления и фиксировала  показания приборов, а потом доросла и до дежурного щита управления станции. От меня зависело то, какие агрегаты ввести в работу, а какие вывести, я регулировала и частоту в сети, и какую мощность будет выдавать в сеть ГРЭС.  Так на этой  станции до пенсии и проработала. И не жалею.

В войну жить  было тяжеловато, но мы были молодые девчонки и это очень помогало. У мамы коза была, молоко и творог у нас в доме были, но все равно было голодно. Нам в ремесленном давали студенческую пайку хлеба всего лишь 300 грамм. Постоянно есть хотелось.  А у шарикоподшипникового завода был «цыганский базар», и если  уж очень хотелось есть, то мы с подружкой из двух  наших паек хлеба одну там продавали. На эти деньги   купим 3 стакана семечек и грызем целый день. И были, как говорится, сыты. Из ремесленного училища нас посылали еще на помощь колхозам. Помню, как пропалываем мы брюкву в поле, а часть ее выдергиваем, обтираем рукой и  грызем.

Ну, а когда мы стали официально работать на ГРЭС, то там  стало гораздо легче жить, нам уже давали рабочую килограммную хлебную карточку. И еще давали вечерние и ночные обеды. После смены бывало, что «на уголь» отправляли, он приходил смерзшимся, а мы его выгружали.  А ещё нужно было после работы расчищать железную дорогу, которая шла на ГРЭС   от Жигулевского завода вдоль Волги. Зимой ее заносило снегом, а летом -  песком. Отмерят тебе  сколько-то метров, ты их  очистишь - получишь килограмм перловки. Еще можно было за сто  рублей буханку хлеба на  рынке купить, а получали мы больше полутора тысяч в месяц.

Тяжело было, работали без выходных и отпусков, но молодость многое может. Например, перед ночными сменами мы ходили на танцы в клуб. А смены тогда были 12 часов.  Танцевали танго, вальс, фокстрот, а потом бежали к 12 ночи к щиту управления. Почти как в «Золушке» получается было, с бала на работу.  Кстати, в оперном театре мы знали всех артистов. На галерку по билетам за 60 копеек ходили. Праздники отмечали вскладчину.

Про то, что Куйбышев был запасной столицей СССР и у нас размещены посольства, мы на станции как-то не говорили.  Но  ответственность в работе все равно чувствовали огромную, ведь наша станция во время войны снабжала энергией весь старый город и несла полную загрузку. Контроль за ГРЭС  был самый пристальный. У входа  в цех стоял вооруженный военный, охрана была и на проходной. Если случалось какое-то крупное ЧП, то всегда приходили из НКВД разбираться,  не вредительство ли это.  Помню, как отказал третий генератор и начальника смены увезли на допрос, но потом отпустили. Ты головой отвечал за каждую кнопку.

Записал В.Громов